-(Тёмная)-
Bad writer about good stories
Автор:Темная
Бета:
Категория/Рейтинг: G
Жанр: бытовуха с претензией на психологию, упущенная сцена, кроссовер с Слем Данком.
Пары/Персонажи: Аомине Дайки, Момои Сацки, Аяко/Мияги Рёта, упоминаются многие другие
Статус: завершен
Предупреждение:
Дисклеймер: авторам-авторово

- Сто девяносто один, сто девяносто два, сто девяносто… - Момои считала ступени вслух и считала их, нарочито растягивая слова.
Аомине уже ждал ее наверху, бубнил что-то про занозу в заднице, про то, что Сацки плетется со скоростью улитки. Момои остановилась. Из густой листвы прорезались яркие лучи закатного солнца, ее так и хотелось раздвинуть и поглядеть на горячее солнце, катящееся к горизонту. Момои была готова поспорить, что это – удивительно красивый вид и она обязательно постоит минутку – другую, наслаждаясь этою красотой, но только после того, как поднимется.
- Поторапливайся!
Момои стояла, наблюдая спину Аомине. Он был пролетом выше, и всем своим видом показывал, что не намерен ее более ждать.
Какой грозный, только посмотрите.
- Но я никуда не спешу. – Момои медленно зашагала вверх.
Беги она с его скоростью – запыхалась бы еще на середине. Он всегда так, и хоть бы раз подождал. И подождал бы молча. А то Сацки медленная, Сацки плетется. Его это раздражает, видите ли. Ха, будто его догонять – любимое из ее занятий.
Момои поровнялась с ним и поднялась на пару ступеней, сделав вид, будто так оно и было.
- Сацки!
Момои обернулась. Та самая пара ступеней прилично скрадывала разницу в росте, и в кой-то веке она уперлась в его прямой взгляд. И это было непривычно.
Она показала язык.
- Са-а-а-цки? – протянула Момои предлагая продолжить, мол, что-что там было после «Сацки»?
- Я говорил, что хотел бы после – потренироваться? Говорил. Тогда какого черта ты тормозишь?
- Но ты же сам вызвался меня проводить. – Сацки поднялась выше. Теперь она наблюдала распахнутый ворот его кофты. Так спешил – что и после игры оделся наспех. Кому скажи, что Аомине Дайки собрался тренироваться, точно рассмеются. Момои бы и сама ответила тем же, если бы не тот вечер, после проигрыша. Но не всегда же ему ради этого ездить в другой город?
- Но ты же сама обещала показать мне площадку по дороге.
- Обещала – обещала. Ах, да, ты же в первый раз в Канагаве. И как ты тут разберешься без медленной и плетущейся Сацки, где тебе найти хорошее место для тренировки? – До конца лестницы Момои уже почти добежала, наблюдая, как медленно за ней поднимается грозовая туча по имени Аомине Дайки.
А вот над городом властвовала совершенно другая погода. Яркий, но мягкий свет заливал город до самого горизонта и отсюда это было видно особенно хорошо. Вся, будто на ладони, Канагава утопала в роскошном золоте заходящего солнца. Момои такое казалось особенно завораживающим. Они часто наблюдали закаты, возвращаясь после школы, еще в поезде. Дергая Аомине за рукав она всегда восхищенно лепетала о том, как это красиво.
По привычке она дернула его за рукав и сейчас.
- Ну, смотри же, смотри.
Аомине повел плечами. Вид действительно был ничего, как и всякий раз, когда Момои приникала к стеклу самым носом и на несколько минут умолкала.
- Пошли скорее. Куда там тебе надо?
Момои подозрительно смотрела на него, пытаясь забрать свою сумку.
- Стой. Ты…ты же не слушал! Ты совсем не слушал, когда я рассказывала. – В голосе было больше удивления, чем возмущения.
- Та-а-а-ак, Аомине Дайки, назови мне причину, по которой я полюбила баскетбол? – Глаза Сацки сузились, руки уперлись в бока, а носок туфельки отбивал четкий ритм.
- Ну…
Аомине замялся. Для него всегда было само собой разумеющимся, что Сацки любила баскетбол, хотя бы потому что с детства дружила с ним. Они даже познакомились на баскетбольной площадке. Но сказать «ты полюбила баскетбол из-за меня» - это было бы слишком. Друзья детства так не говорят. К тому же требовательный взгляд Момои наводил на размышления о том, что в этой реке есть парочка подводных камней. Обычно, Аомине, конечно, слушал Момои. Внимательно – так первые секунд двадцать. Если что-то после было важным, Момои всегда это повторяла, махая чем-нибудь у его лица. Словом, она всегда сама беспокоилась о том, что бы важная информация дошла до адресата. Так что могла бы и привлечь его внимание, как делала это обычно. И… почему-то Аомине показалось, что ответ, который он затруднился сформулировать самому себе мог оказаться неверным.
Ему это не понравилось.
Момои надулась, но как-то быстро переменилась в лице. И стала рассказывать.
- Ну, вообще-то баскетбол я люблю благодаря своей тёте. До ее дома ты меня как раз и провожаешь.

Ей было четыре, или около того. Этого она точно не помнила, зато отлично помнила, что сидела на диване, по которому от нетерпения колотила ножками. Момои теребила воздушный подол розовенького платьица в ожидании.
Ей было любопытно. Ей было ужасно любопытно.
- Ая-чан, ты нас так выручила! - Мама показывала содержимое кухонных ящиков. – Тут лежит рис.
Момои выглянула осторожно поверх спинки дивана. Эту женщину, с которой говорила мама, она знала. Тетенька была маминой сестрой, а значит, и ей приходилась тётей. Точно-точно! Она была веселая и всегда привозила ей подарки. А еще она была молодой и очень красивой, было очень сложно плести косички из ее кудрявых волос . Тётя Аяко была хорошая, да-да. А еще Момои из разговора поняла, что на две недели ее оставят с этой самой тётей Аяко. Две недели – это семь и еще семь дней. Что-то, а считать Момои умела!
- Ох, сестрица, о чем ты! Это вы мне сильно помогли! Найти приличную квартиру на время сборов – это та еще морока. А для нас с Рётой это сейчас очень важно.
Мама почему-то засмеялась, шепнув что-то тёте-Аяко на ухо. Та раскраснелась.
Момои очень хотелось узнать, что же там такое интересное, но пока ее не позвали, она могла только наблюдать. А это она умела тоже очень хорошо.
Тётя-Аяко получила в руки ключи от их дома, и у самого порога спросила:
- Это ничего, если я буду брать ее с собой на тренировки?
Мама кивнула.
- Только занимай ее там чем-нибудь. Она начинает капризничать, когда скучает.
Потом Момои наконец позвали.
За те две недели, что Момои не видела родителей она ни секундочки не сидела без дела. И потому едва успела по ним соскучиться.

- Ожидал чего-то более захватывающего. – Аомине поправил ремни обеих сумок на плече.
- Что-то не припомню у тебя тётки в Канагаве, тем более менеджера баскетбольной команды.
- А я вообще-то тебе рассказывала! И в Канагаву они вернулись недавно, а до этого дядя играл за…
- Ладно-ладно, я не слушал.
- А сейчас он тренирует…
- Я же сказал, что не слушал. И дальше слушать не собираюсь.
Момои поежилась – так резко он её прервал. Конечно, она знала, что если ей хочется поговорить, ну, к примеру, рассказать о новой замечательной коллекции обуви в любимом магазине – Аомине был к ее услугам. Если там появлялось что-то интересное для него, она просто тащила его к витрине и показывала пальцем. Работало безотказно. Но к дяде – тренеру команды, с которой они сегодня играли товарищеский, Аомине просто так не подтащишь. И как бы это выглядело, скажите на милость?
До дома они дошли в непривычном молчании. И это было неловко. Надо было как-то забрать у него свою сумку, как-то объяснить, куда идти до школьной площадки, как-то попрощаться, в конце концов. Аж до завтра.
И более того, сделать все это заранее, что бы не возникло неловкости у порога тётиного дома. С одной стороны, она бы с радостью его познакомила со всеми. И с тётушкой, и с дядей, и с их друзьями, с которыми они общались со школы, где их вместе свел баскетбольный клуб Старшей Школы Шохоку. С другой, этот грубый и несдержанный идиот может идти на свою тренировку и идти поскорее. Если бы у нее в руках сейчас была папка, огрела бы ею, как в прошлый раз. Она не видела ни одной достойной причины, что бы он на нее сердился.
И этой ей не понравилось.

- Сацки-чан! – голос раздался из-за розовых кустов. За ними, вооруженная лопаткой и садовыми граблями, пряталась тётя-Аяко, обживавшая роль домохозяйки в провинциальном пригороде.
Момои вздрогнула, подняла взгляд на Аомине, будто пытаясь сообразить что-то.
- Аомине Дайки, верно? Можно, я буду звать тебя Дайки? Меня зовут Аяко и я, как ты мог догадаться, тётя нашей Сацки. Ой, она наверняка много рассказывала! – Аяко возникла рядом с ними, уже без перчаток и инвентаря
Аомине неуверенно кивнул, кивнул хотя бы потому, что болтала Сацки действительно много.
Аяко смерила его взглядом с ног до головы. Аомине понял, как под опытным взглядом Момои чувствуют себя другие игроки. И эти ощущения сложно было назвать приятными. Его тщательно оценивали. Почему-то Сацки на него так никогда не смотрела.
Тётушка-Аяко улыбнулась, довольная тем, что увидела.
- Замечательно! Просто замечательно! Какая удача, что вы решили заглянуть сегодня – к нам сегодня на ужин как раз собирается старая гвардия.
- У нас поезд рано утром, так что другой возможности и не было. Тётя-Аяко, Аомине-кун не сможет провести вечер с нами. Он хотел потренироваться.
Аяко замолчала, чуть опустив голову набок. Так же молчала Момои. Спроси ее – кто лучший игрок к Сейрине, она тоже задумается, задаст парочку странных вопросов, и только потом ответит.
- Значит, хотел потренироваться?
Аомине хмыкнул.
- Что ж, пожалуй, я могу предложить тебе лучший зал для тренировки в этом городе. Нет, ну какая удача.
Аяко, кажется, готова была засиять. Хотя бы от того, что это было правдой.
Момои подтвердила это, легко кивнув. А ей он мог доверять.

Момои быстро разулась и убежала на кухню вслед за тётей, Аомине бросил сумки на диван, оглядывая гостиную. По углам стояли не распакованные коробки, значит, и вправду, переехали совсем недавно. Аомине понял из рассказа Момои, что семья ее тетки крепко связана с баскетболом . Аомине этому как раз не особенно удивился, яблоко от яблони, да? В конце концов, если там что-то важное – Сацки сама расскажет. Волновало же его совсем другое.
То, о чем Аомине раньше не задумывался, то, что он считал случившимся само по себе, теперь обретало новый смысл. Ведь не просто так маленькая девочка, которую звали Момои Сацки, очутилась на баскетбольной площадке в тот день, когда они познакомились.
Аомине всегда считал себя причиной ее интереса к баскетболу. Но если этот интерес появился до их знакомства, то все, что он мог назвать их многолетней дружбой, теперь предстало в другом свете.
Сацки всегда шла за ним. Был ли это матч, поход в магазин за новой парой кроссовок, или новая школа. Как там она говорила? Разве я могу бросить своего глупого друга детства? Раздрожало, конечно, порядком. Но она его действительно никогда не бросала, даже когда выдумала это нелепое чувство к Тецу. Аомине всегда думал, что это от того, что он такой хороший, а Сацки – такая дура. Но она из-за него полюбила баскетбол. А уж баскетбол так просто точно не бросишь.
Теперь же выходило, что любить баскетбол у нее была своя причина.
Рассевшись на диване Аомине, кажется, задремал.

Разбудила его Момои, как это частенько бывало. Найдя его на школьной крыше, она обычно принималась за уговоры. Этот этап редко выходил успешным, так что Момои начинала его нещадно теребить, приправляя это дело угрозами. Угрозы никогда не были ее сильной стороной, но Аомине был бы действительно идиотом – расскажи ей об этом. Сейчас же, против обычного, его пытались поднять без какого-либо предупреждения и, похоже, в самом прямом смысле.
Момои забавно пыхтела, пытаясь достать за ремень свою сумку, которую он прижал собой, и одновременно разбудить его. Аомине чуть подался вперед, освобождая сумку, зажатую между его спиной и диваном, заставив Момои резко отшатнуться назад по инерции. Она бы и упала, не потяни он ремень на себя. Момои быстро кивнула, будто поблагодарив, и снова убежала на кухню. Аомине, кажется, понял, от чего ее сумка была много тяжелее, чем всегда. Там были подарки, и, вероятнее всего, от матери Момои, о щедрости этой женщины Аомине знал не понаслышке.
Минут пять спустя Момои вернулась, вид у нее был расстроенный.
- Тетя попросила меня сходить за сестрами в детский сад. Тут вроде недалеко. – Она убрала телефон в карман сумки и повесила ее на плечо.
Аомине поднялся, потянулся, постарался не зевнуть.
- Ну, пойдем.
Пока он обувался, Момои жаловалась, что скорее всего ее вытурили с кухни за неумение готовить. Ну, кто же знал, что лук к мясу еще и резать нужно! Итогом ее размышлений по этому поводу, стала идея взять пару уроков у Кагами, который с ее слов кормил в тайне от Рико половину Сейрина. Судя по тому, что сама Момои узнала это от Рико – с конспирацией у Сейрина действительно были проблемы. Аомине слушал ее в полуха, и все еще был чем-то раздражен больше обычного.

Идти было и вправду недалеко. Воспитательница, которой Аяко предусмотрительно позвонила, уже помогла девочкам одеться.
- Сестричка-Сацки!
- Сестричка-Сацки!
Они облепили ее с двух сторон разом. Ей пришлось присесть, что бы видеть прямо их лица, она улыбалась им, рассказывала, как сильно они выросли с их последней встречи. Аомине же держался чуть в стороне, от всех этих девичьих нежностей он был далёк. Момои поправила сестре, что была ей по леву руку – иначе Аомине пока не придумал, как их различать, шарф и выпрямилась, взяв их обеих за руки.
- Идем?
- Да-да, сестричка-Сацки!
- Да-да, идем!
Этих детей специально учили говорить хором? Аомине отвернулся, дождавшись, пока Момои с сестрами подойдут к нему. Вид детского сада не представлял собой ничего решительно интересного, кроме возможности не улыбаться маленьким незнакомым детям, будь они хоть десять раз кузинами Момои. Аомине неплохо относился к детям, тем более такого нежного возраста, но было много лучше, если они находились на расстоянии, а не дергали его за штанину. За обе штанины.
Сацки занимала их разговорами – в этом она была мастер, так что на Аомине девочки-близняшки, если и обращали внимание, то дальше любопытных и по-детски коварных взглядов это не заходило. Разговоры прекратились, едва девочки разглядели детскую площадку и стали канючить, что бы им дали чуть-чуть поиграть.

Момои сидела на качелях так, что бы не выпускать сестер из вида. Она слегка покачивалась, заставляя качели скрипеть. И это кроме, далеких детских визгов, был единственный звук, нарушавший их молчание. Аомине прислонился к опоре качелей. Уж лучше бы Сацки болтала. Сейчас он особенно прочувствовал всю прелесть того, что она могла что-нибудь рассказывать, не умолкая. Когда она говорила – достаточно было делать вид, что слушаешь и изредка кивать. Это было ужасно удобно. Сейчас же, наверное, нужно было с чего-то начать разговор. И это Аомине раздражало больше, чем противный качельный скрип.
Момои внимательно на него смотрела, словно стараясь вспомнить что-то важное. А потом помахала рукой перед его лицом. Аомине к ней повернулся.
- Слушаешь?
Аомине кивнул.
- Мужа моей тёти зовут Мияги Рёта.
Аомине пожал плечами, если это должно было что-то значить – то неплохо было бы рассказать, что именно. Момои тяжело вздохнула.
- Он еще играл за один из Токийских клубов несколько лет назад, но теперь занялся тренерской деятельностью.
Родной лигой Аомине особенно не интересовался – едва ли мог назвать пару игроков, другое дело – НБА. Справка от Момои была как нельзя кстати.
- Но начинал он здесь, в Канагаве, в школьном клубе, как и все вы.
Под «все вы» Момои подразумевала Поколение Чудес.
- Даже был капитаном команды в последний год старшей школы, а потом уже начал профессиональную карьеру. Тётя была менеджером, представляешь. А потом вместе с ним уехала в Токио. Они даже немного жили у нас. Так вот, теперь он тренирует баскетбольную команду своей школы.
Момои замолчала, будто пытаясь подобрать слова. Аомине, кажется, понял, что она хотела сказать.
- Дай догадаюсь, и тренирует он команду старшей школы Шохоку, которая сегодня нам позорно проиграла?
- Ага. Я думаю, дядя специально договорился с нашим тренером на товарищеский матч. Ну, сам знаешь, первый сильный соперник и все такое.
Сама Сацки бы назвала это крайне неловкой ситуацией. Кажется, именно это она и прочла с его лица.
- Нет -нет-нет, Дай-чан! Тут все по-другому! Они дружат даже с теми, против кого играли в школьные годы. Они будут рады с тобой познакомиться, правда-правда. Они вообще замечательные.
Что Момои понимала под «они» Аомине похоже еще предстояло выяснить.

В дом они вернулись, когда там уже было людно. В гостиной был накрыт большой стол, то и дело туда-сюда ходили незнакомые Аомине люди. Сацки же здоровалась с каждым из них так, будто именно он был ее родственником. Они же приветствовали и ее, и самого Аомине, будто были и с ним знакомы давно. Кто-то даже похвалил его игру на прошедшем матче.
Аомине и сам не заметил, как его усадили за стол, рядом с Сацки. Та уже вовсю рассказывала, как они приехали сегодня на товарищеский матч, передавая ему то блюдо со стейками, то салат.
- А завтра с утра у нас поезд. Конечно, из чемпионата мы выбыли, но очень бы хотелось успеть на финальную игру, верно, Аомине-кун?
- Да уж.
- О, еще бы Сейрин против Ракузана! Кагетора мне все уши прожжужал про подопечных своей дочери. Я, признаться, думал, позвать к нам на товарищеский кого-нибудь из финалистов, но не перед игрой же! – Мияги Рёта, бывший хозяином дома, сидел во главе стола, и не без удовольствия уминал большой кусок стейка. Аомине с сожалением заметил про себя, что кулинарные таланты племяннице от хозяйки дома не передались. - Так что пришлось созвониться с Кацунори. К тому же мы всегда рады видеть нашу Сацки – а тут все так совпало.
- Стой, выходит, Харасава в городе и не притащил свою задницу к тебе в гости?
- Ханамичи! – Аяко отвесила этому самому Ханамичи увесистый подзатыльник. – В Канагаве живут родители Масако.
- Араки Масако, которая тренер Йосена? – Аомине едва не шопотом уточнил у Момои.
Она кивнула.
- Мир тесен, особенно, мир школьного баскетбола. Госпожа Араки – хорошая приятельница тётушки.
- Как славно! Значит, скоро погуляем на свадьбе! – Женщина, сидевшая рядом с Ханамичи даже захлопала в ладоши.
- Кстати о свадьбах! На вашей будут гулять, судя по всему, мои внуки. – Аяко угрожающе нависла с тарелкой салата над Ханамичи.
- Не дави на меня, Аяко-чан! Ты смущаешь Харуко! – Ханамичи перед лицом своего первого менеджера выглядел, как побитый щенок.
Харуко, та самая женщина, что сидела рядом с ним, действительно была смущена и, кажется, слегка покраснела. Она осторожно подняла ладонь, показав всем маленькое колечко на безымянном пальце.
- Да неужели! – Аяко всплеснула руками. – Радость-то какая! Подождите, мне сестрица передала бутылку отменного вина. Думала передержать ее до подходящего повода, но что это, если не он!
Вкус этого вина был Аомине знаком. На шестнадцатилетние Сацки им угощала мама Момои. Это был первый раз, когда он пробовал алкоголь.

Честно говоря, про тренировку Аомине забыл. Полбокала, любезно налитые Аяко сделали свое дело. Аомине даже с некоторым любопытством слушал сплетни, оказывается, они даже Алекс – тренера Кагами, знали. Кто-то говорил, что ходили слухи, будто она встречалась с Рукавой, который играл пару сезонов в НБА. Аомине даже вспомнил его лицо. Японским игрокам было сложно составлять конкуренцию за океаном, но Рукава выглядел вполне уверенно те пару сезонов, что провел там. И как только Сацки удается держать в голове все эти имена, лица и характеристики?
Аомине не особенно задумывался о том, что будет после школы. Он знал, что будет играть, даже знал, что поступит в университет, но он никогда не думал, что можно так вот, много лет спустя собираться со своей первой, школьной командой. Первой школьной командой Аомине была команда Тейко, та которую называли Поколением Чудес. И Последнее, что Аомине мог бы вообразить с ее участием – был теплый домашний ужин лет так через двадцать.
От мыслей по этому поводу его оторвала Момои.
- Ну, пошли же. Ты ведь сам собирался! –Она тыкала его локтем в бок. – Аомине-кун. Идем же.

Это оказался школьный спортзал. Как сказал Мияги – это приятный бонус к работе школьного тренера. Аомине понял, что они не в первый раз собираются этой компанией в этом месте - Ханамичи знал, куда идти за мячами. Да и их в зале уже ждали.
- Рукава-сан! – Харуко махала ему рукой и приветливо улыбалась. – Ребята, братик просил передать свои извинения. У них университетский чемпионат. Он не смог к Вам сегодня выбраться.
- Значит, Такенори не смог? Нас, выходит, пятеро. – Ханамичи на всякий случай пересчитал присуствующих. Остановился он на Мицуи.
- И как мы будем играть? - Мицуи адресовал вопрос Когуре, бывшим заместителем при Такенори, который теперь так подвел команду.
- Либо один не играет, либо мы срочно ищем другого игрока. – Когуре пожал плечами.
Аомине со стороны это казалось чем-то вроде перепасовки. Дошла очередь до Мияги. Тот переглянулся с Аяко, она кивнула.
- Ну, что, Дайки, разреши представить тебе немного потрепанную временем и слегка пьяную, но определенно лучшую команду этого города. Идет в комплекте с лучшим залом.
Ханамичи отдал ему пас.

Девочки бегали рядом, довольные тем, что им выделили собственный мяч, а это значило, что особенный присмотр за ними не был нужен.
- Ты маленькая была такая же. Главное – занять чем-нибудь. Я думала, что те две недели, когда мне тебя оставили будут настоящим испытанием, а вышло, что ты мне очень помогала.
Когда Аяко впервые пришла с маленькой Сацки на тренировку, команда долго выясняла, откуда у такой молодой красавицы такая взрослая дочь. Сацки важничала и пыжилась, так что ей давали все шесть. А в шесть некоторые уже ходят в школу! Она вышла чуть вперед тёти и представилась.
Момои Сацки. Четыре года. Помощник менеджера. Можете во всем полагаться на меня.
Помощник менеджера был в нежно-зеленом кружевном платьице и с трудом доставал до тётиной руки.
Аяко выдала ей блокнот и карандаш, в надежде отвлечь ее рисованием, но Сацки, уже знавшая цифры и умевшая считать усердно переписала туда номера с формы. До конца тренировки она крепко держала блокнот и внимательно смотрела сначала за разминкой, а потом и за игрой.
Напротив номера Рёты она нарисовала маленький кружок. Их тяжелому форварду достался самый большой. Кроме этого в строчке с каждым номером было выведено число десять.
- Что это? – Аяко аккуратно заглянула через ее маленькое плечо.
Сацки вздрогнула, было напугалась, но потом показала свои записи. Размер кружочков значил то, в какой позиции находился игрок. Конечно, Сацки ничего не знала о форвардах, защитниках центровых, но сообразила, что каждый игрок имеет свою позицию. Когда Аяко спросила про десятки - Момои гордо ответила.
- Я считала, сколько раз они попадают прямо в кольцо!
Считать Момои умела только до десяти.
Аяко стала давать ей несложные поручения, которые Момои ответственно выполняла.
- У дяденьки болит? Почему он тогда играет? – Момои дергала тётю за рукав. Аяко внимательно смотрела на своего форварда, который действительно слегка прихрамывал, идя на разминку. Он вчера потянул связки. Врач разрешил ему разминки, но без большого энтузиазма и под ее, Аяко, присмотром.
- Знаешь что, Сацки-чан? Из тебя выйдет отличный менеджер. Только мой тебе совет…
Сацки внимательно слушала.

- Ма-а-а-а-а-а-а-амаа-а-а-а-а-а-а! Она не отдает мне мяч! – Аяко отвлеклась.
Выдав дочерям второй мяч, Аяко глянула на площадку и нахмурилась.
- Ханамичи, я все понимаю – спина, но шевелись! Рукава, пасуй активнее. Мицуи, паркет не хрустальный – бей сильнее. Когуре, все замечательно. Рёта?
- Да, Ая-чан?
- Кто раздающий защитник номер один?
Рёта разулыбался, легко обошел Мицуи, бывшего на эту игру его соперником, и отдал пас Ханамичи. Тот сделал данк.
- Ты глянь на его лицо – этот прием все еще работает. – Рукава забрал мяч из-под кольца и отдал пас Аомине.
У Аомине принял мяч. Наконец, все сошлось воедино, после этих слов про раздающего защитника номер один. Тетя - менеджер, дядя - раздающий защитник, любимая команда, и это отношение к баскетболу. Он узнал в этом Тецу.
Ему предстояло выдержать атаку Ханамичи, а это было не самой легкой задачей. Как оказалось.


Вернулись они заполночь. Девочки уснули еще в зале, заботливо укрытые папиной курткой. Их отнесли наверх, в комнату, где осталась на ночь и Сацки. Аомине видел, что она уже спит в приоткрытую дверь, когда Аяко провожала его в гостевую спальню. Несмотря на мягкую постель и усталость, сон не шел. Аомине пялился в потолок, стараясь усмирить эмоции.
Ему понравилось, кровь до сих пор будто кипела от азарта, подаренного игрой. Полузабытое чувство наслаждения тем, что ты ведешь мяч и забиваешь воспряло с новой силой. И все оказалось так, потому что не было легко. Легко быть гением, когда играешь с шестнадцатилетними мальчишками, но что бы удивить тех, кто был ими лет так пятнадцать назад – тут еще нужно постараться. И Аомине старался, хотя, он и стал забывать, как это делается.
А еще он начисто забыл как это - играть в команде. Отвык делать передачи. Поэтому они уступили пару очков, оставшись проигравшими. И это было гадко. Для победы ему всегда хватало самого себя, но тут все было иначе. Они будто разговаривали этими перепасовками, так же непринужденно, как говорили вечером за столом. Правда, иногда забывались, что разделены на две команды и отдавали пасы соперникам. Это была другая причина, по которой его команда проиграла. Они, похоже, слишком привыкли играть одной командой. Аомине ухмыльнулся, как не крути, у всякой палки два конца.
О том, какой нарисовалась ему теперь картина с Момои и Тецу. Он больше не мог называть это нелепым чувством. А называть то чувство, которое, кажется испытывал сам, даже не хотел. Удобнее всего было оставить все так, как есть. По крайней мере - пока.

- Дай-чан! Ну, просыпайся же ты! – Сацки его теребила, как могла. Похоже, стадию уговоров и угроз на этот раз Аомине благополучно проспал. – У нас поезд через два часа, а нам еще нужно вернуться к команде. Опять наверное подумают что-нибудь не то.
Аомине с трудом открыл глаза. Спал он мало, но крепко. К тому моменту, когда Момои силой дотолкала его до кухни, он почти ощущал себя проснувшимся. Аяко хлопотала над завтраком. Похоже, что Аомине светила кружка горячего кофе и пара свежих тостов. Сацки куда-то убежала, оставив их вдвоем.
- Как же замечательно было с тобой познакомиться! Сацки столько про тебя рассказывает! Мне немного неловко, заразили-то ее мы с Рётой, она тогда еще такой крохой была! Так что здорово, что вы подружились и болеете баскетболом вместе!
Аомине жевал, и старался делать это вдумчиво и медленно. Поедаемый тост сильно уменьшал необходимость ответа.
- Я ей всегда говорила, что если выбирать игрока – то лучше форварда. За форвардов болеть интересней – вон у нашей Харуко спроси. Вот уж ей повезло влюбить в себя главного героя нашей истории под называнием «Баскетбольный клуб старшей школы Шохоку». И, потом, конечно, влюбится самой, как это в хороших историях и бывает.
Аомине хотел переспросить, что именно она имела ввиду, но прибежала Сацки с телефоном в руках.
- Мне тренер уже звонил несколько раз. Нужно поторопиться.
- Но я никуда не спешу. – Аомине допивал свой кофе. Едва он закончил пить Момои отвесила ему смачный подзатыльник.
Момои надулась и не разговаривала с ним всю обратную дорогу. До той самой лестницы, с которой открывался чудесный вид.

- Вот это красота.
Раннее утро окрашивало город нежными пастельными цветами. Момои встала, как вкопанная. Она бы дернула Аомине за рукав – как обычно – но он уже чуть-чуть спустился вниз.
Сацки глянула на него и снова уперлась взглядом в ключицы.
- Дай-чан, скажи, они ведь замечательные, да?
Он понял, о чем она его спрашивала и вместо ответа кивнул.
- Вот бы и у нас была такая команда, правда? – Момои отвела взгляд.
- Ты это к чему?
Момои замялась.
- Я думаю, было бы здорово, если бы мы иногда собирались вместе. Ты, я, Тецу-кун, Ки-чан, Мидрин, Мук-кун, Акаши-кун. Все вместе, как в самом начале. Правда, Дай-чан? Играть иногда вместе.
Аомине на нее смотрел, будто думал, что ответить. А потом пожал плечами.
- Если я верно понимаю, то Куроко осталось убедить только Акаши. Такой была твоя идея?
Момои напряженно молчала.
- Расслабься, он сам мне все рассказал. Этот главный герой нашей истории. – Аомине хмыкнул. – Дура ты, Сацки, самая настоящая дура.
Она стояла перед ним, совершенно расстроенная.
- Но…я не могла бы сделать этого сама. Я всего лишь менеджер, а не игрок. Вы меня никогда не слушаете. Даже ты меня никогда не слушаешь.
Спорить Аомине не мог. Не слушал. Момои была права и в другом - решать проблемы игроков могут только игроки. Менеджеры стоят за пределами площадки. Но Момои действительно стала отличным менеджером - она нашла им главного героя, который услышал ее.
Аомине сам себя почувствовал дураком.
- Тецу тебя слушает. Не переживай, он соберет для тебя команду. – В том, что она будет такой же замечательной, он сильно сомневался. И, как бы это не было странно признавать, ему нравилось в Тоо.
Сацки качнула головой.
- Для нас, Дай-чан.
Аомине развернулся, что бы она не видела его лица, и стал спускаться. Сацки его быстро догнала и шла, как обычно, рядом. Для нас? Аомине рассмеялся.
- Какие у тебя еще планы? Ты расскажи, а то, выходит, я много не знаю.
- Ах-аха! Вот оно что? А я гадаю, от чего ты такой сердитый! То есть, тебе не понравилось, что я любила баскетбол до того, как познакомилась с тобой?
Аомине спускался дальше.
- А ну стой, идиот! Та-а-а-а-а-ак, Аомине Дайки, назови мне причину, по которой маленькая девочка могла оказаться на баскетбольной площадке?
Он остановился и развернулся, заинтересованно глядя на нее. Момои стояла, уперев в руки в бока.
- И как бы тогда, скажи на милость, я встретила тебя? - Момои недовольно хмыкнула, и спустилась к нему. – Идем.
Значит, для нас? Значит, выбирай себе форварда? Аомине рассмеялся, вот оно что. И это ему похоже нравилось.
Едва он открыл рот, Момои его перебила:
- И не смей называть меня дурой!
- Самая настоящая, Сацки, самая настоящая.